Победитель конкурса перевода

Кайсина Татьяна

Сквозь прозрачное окно бара он смотрел за тем, что происходило по другую сторону. Там, уже немолодой, но уравновешенным и уставшим взглядом, он наблюдал за самим собой, словно собирался заглянуть в собственную душу. Через окно все было расплывчато, но уже стемнело, и сквозь стекло он разглядел силуэт мужчины, который одновременно с ним поднимал стакан с виски, подносил его ко рту, держал, потом долго пил.

Vois cet oiseau blanc prisonnier du ceil
Dans sa grande cage étoilée…
Moi de temps en temps je me sens pareil
Á cet éternel exile

Мелодия деревянной флейты под аккомпанемент гитары плыла по заполненному табачным дымом помещению. Музыка, льющаяся из старой, но очень качественной стереосистемы, была великолепна.

Постепенно черты лица, достойные запечатления на полотне, стали вновь обретать реальную форму. Сначала это были всего лишь смутные очертания, но вскоре, всплывая из глубин памяти, появился четкий образ. Торияма сидел, закрыв глаза, опираясь уже кружащейся от алкоголя головой на ладонь, и ощущая себя будто бы отрезанным от окружающей его реальности.

Это было давно. Очень давно... Тогда он сидел точно также. Это было еще в молодости, когда в этот приличный бар вошла она! И он сразу же обратил на нее внимание. Да, именно так оно и было! Бросив на нее лишь один взгляд, он искренне подумал: «Какая красивая девушка!». Потом, пока расплачивался, спросил номер её телефона. Она без каких-либо жеманств или смущения продиктовала. Он вырвал одну страницу из счета, передал карандаш, и она не спеша записала номер. Спустя 4 дня они сняли квартиру.

То была маленькая квартирка на окраине Токио. Окна выходили на пустырь. Это сейчас в Токио совсем нет пустырей, а тогда они еще были. Дети всегда запускали на них воздушного змея, а по вечерам молодежь играла на гитаре, пела песни, разжигала костры.

На удивление, с пустыря можно было увидеть небо и простор, что невозможно в центре такого огромного города, как Токио. Торияма принес из дома телескоп, подаренный на день рождения отцом, и каждый вечер они наблюдали за неясно мерцающими звездами и кратерами сверкающей желтой луны, или подглядывали за личной жизнью соседей. И ещё… болтали без устали до самого утра. Он валялся на футоне и курил, она наливала ароматный кофе, намазывала масло на бутерброды: это была очень веселая жизнь для них двоих. Когда наступало утро, они, с заспанными глазами, впопыхах принимали душ. Она уезжала на работу первой, а затем отправлялся в университет и он.

К удивлению, родители сразу же приняли его отношения с Томоко. К счастью ещё и потому, что родилась она не в Токио. Девушки, рожденные в больших городах, по словам его мамы, ничего не хотят делать, да и не умеют. И не в пример им, рожденные в префектуре Аити - очень работящие девушки. Хорошо бы, помимо работы, еще и получать образование, если позволяет время! Но гораздо важнее, чем учеба, было то, могла ли она заботиться о семье. В жизни девушек достаточно времени для учебы. Но если хорошо справляться с домашней работой, разве можно найти лишнее время?!

Отец не говорил ничего особенного, тепло глядел на сына, и задавал ему лишь один вопрос: «Как дела в университете?». Насчет Томоко только и спрашивал: «Не слишком ли вы торопитесь?».

Томоко не очень любила бывать у них в гостях. И Торияма понимал, почему. Ей, родом из обычной семьи, было тяжело свыкнуться с привычками богатых. Вопросы, касающиеся ее семьи, приводили ее в замешательство. По дороге от родителей в их уютную квартирку, она всегда заглядывала ему в глаза и забрасывала вопросами: «Я правильно говорила? Я правильно себя вела?»… И такое её беспокойство длилось еще несколько дней. Как ему казалось, она боялась потерять его. Отличаясь от многих других, она и не думала о женитьбе. Просто боялась его потерять, вот и все!

Когда Иноо узнал, что Торияма уже год живет с официанткой из его ресторана, то очень удивился. Считая Торияма экзистенциалистом со всех сторон, он и в этот раз не думал, что это подходящая пара для женитьбы и предполагал, что отношения эти будут развиваться, как всегда... Но он был близким другом Торияма и легко смог догадаться о его намерениях. Иноо всего раз выказал недовольство таким развитием отношений, но он сразу понял, что Торияма не собирается ничего менять, и сразу же встал на сторону Томоко и принял всё как есть. К тому же, однажды вечером он, хозяин заведения в котором она работала, появился на пороге их квартиры с бутылкой виски в руках. Наверное, ради уверенности в себе Томоко очень усердно работала в ресторане, и Иноо вскоре назначил ее старшей официанткой и повысил зарплату. Как-то после закрытия ресторана они устроили небольшую вечеринку, чтобы это отметить. Именно на ней они и сделали ту фотографию их четверых, еще молодых, и отпраздновали повышение Томоко. Тогда же отметили и годовщину открытия ресторана. А еще поздравляли Иноо, как крестного отца. Его бизнесу исполнилось тогда ровно пять лет.